06.02.2003

ПЕВЕЦ АЛЕКСАНДР БУЙНОВ: «ЧАЙНИКАМ» НУЖНЫ ГОНКИ НА ВЫЖИВАНИЕ

Музыкант с детства возится с машинами. Да и рассказывать о своих «тачках» Буйнову в удовольствие…

— Александр, сколько лет вы за баранкой?

— Лет 25 уже. Начал учиться водить, когда отец приобрел «Москвич-407». Вместе с соседями со всего нашего двора помогал ремонтировать. Разбирали мосты, коробки, меняли полуоси. Если запчастей не было, приспосабливали от других марок, даже от трактора. Все это было очень весело, и я быстро приобщился к этому делу, знал машину до последнего винтика. А в шестнадцать лет совершил свой первый «вояж» на «Москвиче» с двумя приятелями. Стрельнули бензинчику, залили — и вперед! Отец, разумеется, ничего не знал. Вообще рулить научился довольно-таки быстро: много раз смотрел, как другие ездят, сел и поехал. И с тех пор ни одной серьезной аварии.
Однажды, правда, въехал в «ГАЗ». Этот «козел» с соседней полосы метнулся на мою и внезапно встал передо мной, как лист перед травой. Так что выбирать не пришлось — ДТП. Но тут была чисто его вина, гаишники доказали.

— Читал, что в армии вы служили водителем.

— На самом деле призвали как музыканта оркестра, но меня почему-то в автороту перевели. Два года крутил баранку. На гражданку ушел с правами водителя третьего класса.

— Нарушали правила?

— Практически нет. В свое время получил хорошие уроки езды в экстремальных условиях. В начале 90-х в моду вошли гонки на выживание, ну и я съехал с асфальта в грязь. Здесь нужны совершенно иные навыки. Гонялся в Крылатском. Не ради рекламы, а для азарта, желания быть первым. До этого момента полагал, что я профессионал, все знаю и умею. Только потом понял, что заблуждался. А где-то с 1993 года стал замечать, что доставляет мне огромное удовольствие ездить ловко, но вежливо, чтобы никому не мешать и не подрезать.

— А после «шахи» на что пересели?

— Серебристая «Вольво-440». Нулевая. Классная тачка, переднеприводная. Подарил мне ее один спонсор из Риги. Фишка у него такая — дарить автомобили. Спустя несколько лет поменял на «Ягуар», его мне тоже преподнесли в качестве презента — красавец небесно-серебристого цвета. Машина очень интеллигентная, недаром говорили, что «Ягуар» — авто принцев. По Москве всего-то таких штуки три-четыре рассекали. Пожил он всего полгода, и его угнали ребята с юга, якобы в Чечню. Потом из того же гаража мне подкатили «Понтиак» бутылочного цвета. Но прошлым летом мой шофер встретился с кем-то в лобовой атаке и капитально разбил его. Сам, к счастью, не пострадал — помогли подушки безопасности…
Сейчас обновляю скакуна примерно каждые три года. Причем вообще не продаю свои машины. Они переходят «по наследству» моим помощникам, в мою администрацию. Так было и с моей «Вольво», и с «Фольксваген-гольф».

— Сейчас на чем ездите?

— На «Тойота-секвойе». Предпочитаю тяжелые мужские машины, не хочу зависеть от природных катаклизмов. Потому что сейчас живу за городом, и джип частенько выручает — потопы, снежные бури не страшны — на нем никогда не опоздаю на свой концерт или в аэропорт. А как подъезжаю к дому, могу вокруг деревни прокатиться несколько кругов, залезая во всякие ямы и сугробы, включая все пониженные передачи, — это моя стихия! Это кайф. Никогда не еду в колее, все время рядом — расширяю дорогу другим легковушкам, чтобы на брюхе не ползали, как трамвай по рельсам. Жалею только о том, что моя «японка» без лебедки, такой, как на восьмидесятом «Лендкруизере». Этот работяга еще живой и здоровый. У него есть такие фишки, что можно с ними карабкаться хоть по горам, этакий «везде прет».
На нем я так наловчился, что этой лебедкой и другим помогал из кювета вылезать, и сам себя вытаскивал.

— В приметы верите?

— Я человек не суеверный. Все уже проверено, никакие черные кошки на меня не действуют. В первой машине была иконка Николая Чудотворца, а сейчас ничего такого не держу. Думаю, что мы сами себе придумываем суеверия…

Источник: «Комсомольская Правда»